По поводу статьи «Образ будущего у Маркса»

26.06.2026

Образ будущего у Маркса

В посте Образ будущего у Маркса на канале Гегельнегоголь описано различие между капиталистическим и коммунистическим обществом на основе категорий необходимого и прибавочного труда.

Маркс и проводит демистификацию заработной платы, чтобы, убрав искажающую капиталистическую форму, продемонстрировать саму основу любого (в том числе коммунистического) общества: производство и воспроизводство жизни — и одновременно производство и расширенное производство самого производства^[1].

Логика следующая. Первым шагом отделяем от необходимого и прибавочного труда капиталистические формы переменного капитала и прибавочной стоимости. «А что будет, если всё-таки получится скинуть капиталистическую форму отношений производства жизни?» В результате получаем общие категории необходимого и прибавочного труда, которые относятся к любому обществу: в любом обществе нужно производить средства жизни для продолжения жизни в том же масштабе и производить сверх этого для расширения. Вторым шагом нужно найти отличия в коммунистическом способе распределения необходимого и прибавочного труда. Такое отличие обнаруживаем в том, что трудящиеся сознательно устанавливают как величины необходимого и прибавочного труда, так и то, на что должны быть направлены эти виды труда.

Если просто: когда мы свели всё к объективно необходимой основе общества, к необходимости формирования всеобщего фонда — величина которого есть вычет из совокупного продукта, созданного трудящимися, и эта действительная необходимость обща и капитализму, и коммунизму — тогда необходимо прояснить: в чём же тогда differentia specifica этих формаций?

Феноменологически, с точки зрения рабочего класса вообще и каждого рабочего в отдельности это различие может существовать лишь в том случае, если сами трудящиеся люди могут влиять на распределение созданного продукта. То есть, сами непосредственные производители должны сообща решать — какую часть созданного ими продукта общество должно использовать на потребление, каков будет его уровень, которого «требует полное развитие индивидуальности», то есть — всестороннее развитие человеческой личности. И, соответственно, какую долю — разумеется, всё увеличивающуюся — необходимо затратить на общественную инфраструктуру, содержание школ, больниц, дорог, выплату пенсий и пособий. А какую долю — прогрессивно уменьшающуюся — отдать на нужды аппарата управления (Ленин пропагандировал мысль: зарплатой любого сменяемого управленца должна быть зарплата среднего хорошего рабочего — и баста). И, наконец — какова должна быть оставшаяся часть общественного продукта, должная пойти на поддержание расширенного, прогрессирующего общественного производства?

Если сами трудящиеся будут давать ответы на эти вопросы — тогда это коммунизм. Если нет, если за них вновь будет решать гениальный Вождь и непогрешимая Партия — для рабочих не будет никакой разницы между таким «коммунизмом» и вчерашним капитализмом. А безразличие трудящейся массы рано или поздно приведёт к реставрации настоящего капитализма. (Здесь не место развивать эту тему, достаточно указать на пример Советского Союза.)

Как первый, так и второй шаг этого рассуждения требуют более детального рассмотрения.

Второй шаг — добавление к общим категориям труда коммунистических признаков — достаточно произволен. Коммунистические особенности (сознательное распределение) категорий необходимого и прибавочного труда не порождаются из капиталистических, а добавляются в него уже после устранения капиталистических форм. Этот пробел не позволяет увидеть необходимость появления коммунистического распределения, если такая существует.

Важнее проблема первого логического шага, так как результаты первого шага влияют на второй. Кажется, что в результате первого шага получаются общие для любого общества категории необходимого и прибавочного труда. Однако это только видимость: на деле в них вкладывается капиталистическое содержание. Остановимся на этой проблеме подробнее.

Про необходимый и добавочный труд

Общие категории труда можно раскрыть так:

• Необходимый труд — труд, который обязателен для воспроизводства работающего населения: производство средств жизни, которые нужны, чтобы работающее население воспроизводило себя в том же объёме.
• Прибавочный труд — весь труд сверх необходимого.

Производство средств жизни рабочего и его детей — пищи, одежды, жилья и т. д. — входит в необходимый труд. Производство для резервного фонда на случай стихийных бедствий, для нужд пожилых людей, для расширения производства — это и многое другое относится к прибавочному труду.

Рассмотрим, откуда берётся наполнение категорий необходимого и прибавочного труда, то есть каким способом выбрать, в какую из этих категорий поместить определённый труд. Выглядит так, что это разделение происходит на основе капиталистической формы этих категорий: то, что попадает в производство необходимых продуктов для выживания рабочего класса, попадает в первую категорию. Всё остальное — во вторую. Способ наполнения общих категорий труда не освобождён от капиталистической формы, а предполагает её.

При детализации этих общих категорий труда виден их источник — абстракция от капиталистических форм. То, что относится к необходимому труду, — это труд, находящийся в форме переменного капитала, из которого «убран» переменный капитал. То же касается прибавочного труда: по сути это прибавочная стоимость, которая только обозначена другим словом — «прибавочный труд».

Предположим, что мы освобождаем категории необходимого и прибавочного труда от любого особенного труда и предполагаем, что в будущем обществе люди сами выберут, в какую из них поместить особенный труд. При этом в размышлении о будущем обществе останется само деление на необходимый и прибавочный труд. Рассмотрим, откуда исходит причина, по которой обсуждается именно такой способ разделения труда — на необходимый и прибавочный. Ведь можно предположить и любые другие способы деления труда на основе общих признаков, которые предположительно совпадают при разном устройстве общества. Так как предмет политической экономии — экономические формы, то «техническое» деление на необходимый и прибавочный труд есть только следствие исследования форм переменного капитала и прибавочной стоимости. Так как есть переменный капитал и прибавочная стоимость, то приходится рассматривать предметы, принимающие эти экономические формы — необходимый и прибавочный труд. Выходит, что общий признак, на основе которого проходит сравнение обществ с разным базисом, выбран на основе особенности капиталистического общества.

В капиталистической системе деление на необходимый и прибавочный труд отражает различие между переменным капиталом и прибавочной стоимостью и одновременно определяет особенный вид общественного отношения. Взаимодействие людей по этим экономическим формам приводит к распределению продукта производства между двумя группами людей. Связь людей, выражающаяся в категории нормы эксплуатации, отражает как социальный, так и общественный момент в капиталистическом обществе.

Возникает вопрос: какую социальную и общественную роль должно играть разделение на необходимый и прибавочный труд в посткапиталистическом обществе? На каком основании можно предположить, что это деление должно быть определяющим — и определяющим в каком именно смысле — для нетоварного производства? Ответы на эти вопросы можно получить только исследованием категорий нетоварного общества. Но такое исследование нельзя начать с категорий, которые заранее предполагают деление, основанное на капиталистических формах. В лучшем случае можно взять их за предпосылку, которая отпадёт, когда способ производства перейдёт на свой собственный базис.

Предшествующее размышление не опровергает вывод о сознательном распределении труда в свободном обществе, но ставит под сомнение способ рассуждения на основе общих категорий необходимого и прибавочного труда. Так как капиталистический источник этих общих категорий берётся неосознанно и они только кажутся общими и отдельными от любого способа производства, использование таких общих категорий налагает ограничения на размышления о будущем обществе. Можно предположить, что причина неосознанного смешивания капиталистических и общих категорий в том, что экономические формы общественных отношений являются определяющими при формировании психологии человека. Другие похожие примеры приведены ниже.

Так как коммунистического общества в данный момент не в наличии, определить связь общих категорий труда с общественными отношениями сейчас затруднительно. Вместо этого можно поставить тот же вопрос по поводу дотоварного общества и рассмотреть, какое значение имеют необходимый и прибавочный труд. Особый интерес представляет не полутоварное общество вроде феодального, а родовая община. Возможно, это исследование подтвердит или опровергнет предыдущее рассуждение.

При попытке применения категорий необходимого и прибавочного труда к будущему обществу возникает следующая проблема. Если необходимый труд — это труд, необходимый для того, чтобы воспроизвести общество, но и рост общества — такое же необходимое^[2] свойство общества, как и воспроизводство, то получается, что труд на расширение общества тоже необходим. С этим же связана другая проблема: так как переменный капитал ассоциирован с работой на себя, а прибавочная стоимость — с работой на другого, то и необходимый труд ассоциируется с работой на «воспроизводство себя», а прибавочный — с чем-то не обязательно нужным для простого воспроизводства. Однако если понимать «расширение производства» не узкопиталистически как экстенсивное увеличение продукта, а как производство потребностей путём удовлетворения текущих потребностей, то «необходимый» и «прибавочный» труд сливаются в единство: весь труд «необходим» по отношению к текущим потребностям и «прибавочен» по отношению к прошлым. Воспроизводство невозможно без порождения новых потребностей, а значит изменения «необходимого труда».

Рассмотрим ещё один отрывок:

Во-вторых: сознательное построение на объективной, вскрытой Марксом в приведённых отрывках, основе общества — тоже есть залог коммунизма. Почему Маркс вообще говорит о «совокупном продукте» при коммунизме, а не о «совокупной стоимости»? Потому, что стоимость — это выражение, форма сложившихся производственных отношений между наёмным рабочим и владельцем средств производства. С устранением этих отношений уничтожится и стоимостная форма продуктов труда. Они вновь окажутся сведены к своей чистой, незамутнённой онтологической форме продуктов труда. Но чтобы исчезла стоимостная форма — необходимо сознательное изменение породивших стоимость условий производства, необходимо устранение дуализма владельца средств производства и подчинённого ему пролетария, наёмного работника, не имеющего ничего, кроме своей рабочей силы (Образ будущего у Маркса, выделения наши).

Существует ли в реальности «незамутнённая онтологическая форма продуктов труда»? Абстрактно-общие понятия можно отвлечь на основе любых совпадающих признаков, и поэтому такие общие понятия не всегда будут иметь значение для общественных отношений. А если и будут, то найти эту определённость нельзя из самого общего понятия, так как общее понятие отвлечено от любых особенностей. Из-за этого в любом случае в это общее понятие будет привлечена общественная форма, а если это происходит неосознанно, то именно форма наличных общественных отношений.

Про «Критику Готской программы»

И если в приведённом отрывке из «Капитала» Маркс рассматривает проблему со стороны действующего в буржуазном обществе сознания, для которого заработная плата является незыблемой категорией — и показывает истинное содержание общественной жизни, скрытой за идеолого-экономическими категориями, то в «Критике Готской программы» он исходит уже с диаметрально противоположного края — не разматывает клубок буржуазных противоречий, а рассматривает уже само коммунистическое общество(Образ будущего у Маркса).

В «Критике Готской программы» Маркс в большей мере критикует «Лассалевское коммунистическое общество», а не «рассматривает само коммунистическое общество». Причём критика проходит с помощью капиталистических категорий. Так как программа носила буржуазно-демократический характер, такая критика является критикой программы из её же собственного основания.

Критерии прогресса

Рассмотрим ещё два способа размышления о будущем обществе. В первом будущее общество отделяется от капиталистического тем, что в свободном обществе у людей больше свободного времени. Во втором — у людей удовлетворено больше потребностей.

Производительность труда

Первый случай связан с повышением производительности труда^[3]. Чем выше производительность труда, тем меньше времени можно затрачивать на труд и больше времени остаётся в качестве свободного. Таким образом отличие будущего общество от настоящего заключается в значительно большей производительности труда.

Предпосылкой в этом рассуждении является противопоставление труда и свободного времени. Эта предпосылка неустранима: возможно только изменение пропорции между трудом и свободным временем. Даже в будущем обществе нужно сначала «поработать на общество», а потом получить «своё» свободное время.

В исходном рассуждении и труд, и свободное время подразумеваются как капиталистический труд и капиталистическое свободное время. Это рассуждение о обществе будущего даже трудно отличить от обычных буржуазных концепций, таких как «баланс работа-жизнь». Жизнь разделяется на две части: жизнь на работе и остальная жизнь. Такое разделение может выражаться в «гармоничном» распределении времени — часов, затрачиваемых на работу, и оставшегося времени «для себя».

Кажется очевидным, что такая идея исходит из общественных отношений, в которых присутствует эксплуатация. Время делится на две части: одно время затрачивается на результат, который будет отдан кому-то, другое — для того, чтобы делать то, что я хочу. Первая затрата времени нужна только как средство для получения ресурсов (денег), чтобы вести вторую (жизнь). Деление времени жизни на две части равно делению жизни на две части. Принцип деления, выраженный в очищенном виде, несложно связать с капиталистическим обществом. Подход к характеристике нетоварного общества снова основан на капиталистическом делении на оплату рабочей силы, замаскированную под заработную плату, и на прибавочную стоимость.

Ещё более интересная ситуация — когда сходная логика распространяется на деятельность, которая мыслится как способная изменить общество. Деятельность, которая по задумке должна устранить эксплуатацию, представляется как неотделимая от принудительной деятельности для кого-то. В организации N нужно уделять некоторой работе не менее X часов в неделю, потому что эта работа нужна для дела. Возникает сомнение: если деятельность имеет тенденцию к воспроизводству того отношения, против которого она направлена, то может ли эта деятельность преодолеть данное отношение?

Маловероятно, что на этот вопрос существует простой и универсальный ответ. Существующие отношения людей нельзя просто взять и отменить; возможно, что даже такой труд необходим. Но это отдельный вопрос. Главная же мысль, высказанная здесь, — в том, насколько осознанна связь этого подхода с капиталистическими отношениями. Причём дело не только в правилах некой организации. Аналогичная ситуация может возникать и без организации, а быть скрытым мотивом к выбору задач. Это я делаю (читаю, пишу, говорю и др.) для будущего человечества или себя? Для кого это нужно?

Потребности

Ещё один способ определения будущего общества — большее удовлетворение потребностей по сравнению с существующим обществом. Так как люди во время производства средств жизни производят и новые потребности, прогресс, в том числе, может быть измерен количеством этих потребностей.

Для капиталистического общества такой способ размышления исходит из прибавочной стоимости. Так как корневое отношение, цель капитала — возрастать, причём с возрастающей скоростью, количественное увеличение потребностей необходимо. Чем больше потребностей, тем больше товара можно продать, тем больше прибыль. Причём неважно, какие это потребности: капитал сводит всё к одномерной величине, которая показывает его возрастание.

Насколько такой подход применим к будущему обществу? Кажется, что нельзя оставить в стороне распределение потребностей и содержание этих потребностей. Для капитала «природа этих потребностей» не важна, но только она и становится важной, если потребности не рассматриваются со стороны получения прибыли. Сказанное не значит, что в будущем у людей должно быть меньше потребностей. Само рассмотрение потребностей только с количественной стороны не может быть существенным критерием для нетоварного общества.